Из прерусских русский

Большой толковый словарь русского языка / Под ред. С.А. Кузнецова. СПб., 2006. С.1094). Приведём примеры его лексикографической интерпретации, а также описания в энциклопедических словарях. Здесь следует заметить, что идеология может быть не только политической, как иногда говорят, но и религиозной (см., например, Энциклопедические словари и Энциклопедии).

В сфере языка в качестве признаков разжигания межрелигиозной розни выступают различные нарушения норм коммуникации. Связано это, в первую очередь, с разнообразием источников (предпосылок) проявления экстремизма. Уж слишком сходные параметры положены в основу всех религий в той части, где формулируются базовые принципы построения отношений с другими религиями и конфессиями. А потому речевая манипуляция и речевое насилие также выступают проявлением речевой агрессии.

Это обусловлено отсутствием специальных языковых средств репрезентации речевого насилия (не путать с семантикой (значением) «насилия»!). Наибольшую трудность представляет лишь один из компонентов данной типологии, а именно – оскорбление чувств верующих. С понятием «оскорбление» юристы и лингвисты уже научились работать, однако оно также представляет собой самую общую формулировку вполне конкретных противоправных речевых действий.

В качестве более конкретных (однако также достаточно общих) вариантов его проявления могут выступать «неуважение к обществу», «оскорбление религиозных чувств верующих» и «унижение достоинства». Однако «оскорбление религиозных чувств верующих» предполагает (т.е. включает в себя) «неуважение к обществу» и «унижение достоинства». Кроме того, термин «пропаганда» является многозначным в сознании носителей разных языков и получает противоречивые трактовки.

М., 1969–1978). Негативная» пропаганда активно пользуется низкой критичностью и внушаемостью масс с целью манипулирования этими массами в интересах узкой группы лиц(Цуладзе, 2000. С. 100–101). Факты оскорбления чувств верующих фиксируются с того самого момента, как появилась сама религия.

Представляется вполне естественным познакомиться с мнением самих верующих о проявлениях данного вида правонарушения. Рассмотрим более подробно данные понятия с целью установить объективные критерии для их первичной юридизации. Обычно этот термин ассоциируется с сознательным кощунством или поруганием святыни.

Как видим, объектное пространство данного понятия значительно шире, чем понятия «богохульство», которое не соотносится с представителями какой-либо религиозной конфессии и самой конфессией. При этом негативная информация о любом из этих объектов оскорбляет религиозные чувства всех верующих, поэтому неважно, какое конкретно лицо оценивает себя в качестве пострадавшего.

Религиозный экстремизм может проявляться по-разному, в том числе, вербально. Эти источники (предпосылки) могут быть внутренними и внешними по отношению к религиозному сознанию.

Как известно, все религии восхваляют своё учение и отрицают другие, запрещают идеологические межличностные контакты между представителями различных конфессий и т.п. В этом смысле основные религии мира построены на сходных методологических принципах, которые делают невозможным их взаимное «мирное» существование. В этой связи выглядит вполне обоснованным тезис представителей «Концепции общественной безопасности» (КОБ) об искусственном разделении людей по религиозному признаку (принцип «разделяй и властвуй»).

Они исключают объединение верующих в рамках единого религиозного сознания. Степень этого «неодобрения» может быть различной и носить рекомендательный либо запретительный характер, что получило отражение в системе норм морали и этики или права, действующих в обществе. Адресант не оставляет выбора адресату, что свидетельствует о наличии в его коммуникативных действиях речевого насилия.

Отсюда речевое манипулирование оказывает деструктивное воздействие на адресата, проявляющееся в неуважительном отношении к объекту манипулирования, и содержит признаки речевой агрессии. Речевая манипуляция, как правило, строится на обмане (прямом, а также косвенном в форме репрезентации части информации и т.п.), речевом насилии, которое обусловлено отсутствием выбора у реципиента.

Речевое насилие в отличие от речевой агрессии характеризуется лишь одной плоскостью интерпретации. Речевое насилие нельзя квалифицировать в качестве самостоятельного вида речевого поведения, как это иногда делают некоторые учёные-лингвисты.

Основным способом реализации в тексте «запрещенных приёмов», нарушающих те или иные нормы коммуникации, является отрицание. Отрицание других религий может быть направлено на основные идеологические постулаты религии, объекты религиозного поклонения и почитания или самих носителей того или иного религиозного сознания. Как видим, данные нормы права нацелены на описание одного и того же правонарушения, однако различаются по содержанию.

Так, понятия «неуважение» и «унижение достоинства» носят самый общий характер и требуют дополнительной правовой квалификации, т.к. проявления данных действий могут быть самыми разнообразными. Можно сказать, что эти термины также различны по степени обобщенности выражаемого значения: первый – более общий, второй и третий – чуть более конкретные.

Также оно необходимо полемизирует с другими религиозными и нерелигиозными учениями, пропагандирует в разных формах свою исключительность. Она представляет собой признак, характеристику (инструмент) различного рода речевых действий, в первую очередь, отдельных видов речевого воздействия: приказа, речевой манипуляции и речевой агрессии.

Смотри также